В целях анализа посещаемости и улучшения работы портала мы используем сервис «Яндекс.Метрика». Оставаясь на нашем портале, Вы выражаете свое согласие на обработку Ваших данных указанным сервисом.
Новости
17.04.2026, 14:04
Живой звук под куполом: Казанский цирк – один из четырех, кто сохранил оркестр
Как живая музыка меняет атмосферу шоу, почему клоуны вынуждают музыкантов импровизировать и как четвероногие работают под «драйв»– в материале KZN.RU
Живая музыка остается неотъемлемой частью представлений Казанского государственного цирка. В то время как большинство цирков России перешли на записанные фонограммы, казанский – один из четырех в стране, где до сих пор работает живой оркестр. Накануне Международного дня цирка, который отмечается 18 апреля, рассказываем, почему живое звучание делает цирк искусством, заставляя даже собак с азартом выполнять трюки и как быть на одной «ноте» с клоунами.
Фото: Марат Мугинов
Оркестр – лицо цирка
Сегодня цирковые оркестры – редкое явление: в России их осталось всего четыре – два них в Москве, в Санкт-Петербурге и в Казани.
Многие площадки либо полностью перешли на фонограмму, либо нанимают сессионных музыкантов только для отдельных номеров. По словам главного дирижера оркестра казанского цирка Юрия Терехова этот переход продиктован не творческими амбициями, а сухой экономикой.
Содержание постоянного коллектива требует серьезных вложений, которые может позволить себе не каждый цирк. «Нам повезло: наша республика – один из самых развитых и обеспеченных регионов страны. Поэтому наш цирк может позволить себе содержать полноценный оркестр», – признает Юрий Терехов. –Любой музыкльный коллектив симфонический оркестр или оркестр в цирке – это вопрос престижа. Как Государственный симфонический оркестр Республики Татарстан является лицом региона, так и цирковой оркестр – лицом цирка».
«Оркестр хорош, когда он незаметен»
Для зрителя цирк – это, прежде всего, визуальное зрелище: акробаты под куполом, дрессированные хищники, клоунада и яркие костюмы. Музыка в этом калейдоскопе кажется второстепенной, но именно она собирает отдельные трюки в целостное представление. По словам Юрия, профессионализм оркестра определяется его незаметностью. «Оркестр хорош, когда зритель не отвлекается на его исполнение. Когда музыка настолько проникает в номер, становясь его частью, что после финала люди удивляются: «Надо же, это был живой оркестр?», – делится дирижер.
Цирковой оркестр ближе всего к театральному, но с существенными отличиями. В симфоническом зале музыка – главный герой вечера. В цирке – оркестр отвечает за ритм и драматургию шоу.
«Цирковое искусство – это комбинация многих направлений, поэтому наша специфика ближе всего к театру оперы и балета. Но с важным отличием: там у музыкантов конкретные ноты, а у нас – постоянная подстройка под артиста», – объясняет Юрий Терехов.
Цирковой номер – это живой организм. Артист может изменить темп выполнения трюка, перенести сложный прыжок или сократить выход, и оркестр обязан мгновенно отреагировать. «Бывает, что музыку пишут специально под номер, но это скорее исключение. Чаще всего мы выстраиваем музыкальное сопровождение гибко. Если меняется трюк – меняется порядок музыки», – подчеркивает маэстро.
Большие кошки и непредсказуемые клоуны
Работа с животными – отдельный вызов для оркестра. Как отмечает дирижер, подход здесь бывает полярным: тигры боятся резких звуков, поэтому для них играют мягко и осторожно. «Бывают у нас ленивые «большие кошки», – делится музыкант. – Могут проявить характер или просто быть не в духе. Если тигр сегодня не настроен работать, громкая музыка становится лишним раздражителем, отвлекающим его от дрессировщика. В такие минуты наша задача – моментально «уйти в тень»: прибрать громкость, убрать лишние акценты. Когда музыка стихает, зверь слышит команду дрессировщика, концентрируется, и номер продолжается».
А вот собаки, наоборот, требуют энергичного аккомпанемента – драйв в музыке помогает им работать азартнее и увереннее.
Особенно бережно оркестр работает с дебютантами. Молодые животные, впервые вышедшие на манеж, могут испугаться напора звуков. В таких случаях дрессировщики часто просят музыкантов играть на полутонах или вовсе уходить в тишину, пока животное не освоится.
Самая непредсказуемая работа начинается, когда на манеж выходят клоуны, или, как их называют в цирковой среде, «коверные». Их номера строятся на живом контакте с залом, поэтому сценарий может поменяться прямо во время представления.
«Часто коверные предпочитают работать именно с живым оркестром, – поясняет Юрий Терехов. – С ним гораздо гибче реагировать на ситуацию. Мы заранее обговариваем структуру репризы, понимаем, что происходит и какая музыка нужна в конкретный момент. Но бывает всякое: зритель среагировал иначе, чем ожидали, или не среагировал вовсе – значит, нужно двигаться дальше. Бывает, что реквизит не срабатывает, и часть номера приходится выбрасывать прямо на ходу. Реакция должна быть мгновенной».
Чтобы музыка стала полноценным участником действия, в оркестре есть особая роль – музыкант-«иллюстратор», или «акценщик». Его задача – озвучивать происходящее на манеже: падения, прыжки, комические паузы. Если клоун падает – раздается характерный «бабах», подпрыгивает – звучит резкий удар. Все эти звуковые эффекты исполняются на ударных инструментах. Фактически иллюстратор становится вторым после дирижера «глазами» оркестра. Пока дирижер управляет общим звучанием и темпоритмом, иллюстратор ведет точечный звуковой диалог с артистом, превращая каждое движение в законченную музыкальную историю.
Живой звук в цирке: почему он интереснее фонограммы
Фонограмма предсказуема, точна и стабильна. Цирк же существует в режиме реального времени. Трюк может затянуться, артист – изменить темп или импровизировать с номером. В такие моменты запись остается безучастной, а живой оркестр – подстраивается, чувствует ритм и поддерживает исполнителя.
«Слушать музыку в наушниках – это одно. Совсем другое – оказаться на концерте, где энергия, эмоции и подача создают живой звук», – говорит дирижер.
Молодое поколение, выросшее в эпоху фонограмм, часто воспринимает оркестр как нечто непривычное, а вот артисты старой школы без живого звука работать не могут: для них без него номер теряет глубину, объем и внутреннюю свободу.
Музыка в цирке не статична – она чутко улавливает ритм времени, порой быстрее других жанров. Если раньше ее язык был универсальным и опирался на марши и классику, то сегодня манеж все чаще звучит в стиле поп, рок или электро. Это не дань моде, а способ говорить с публикой на понятном ей языке. При этом важно, что речь не идет о простом заимствовании. Попадая в оркестр, любой популярный хит трансформируется: благодаря аранжировкам он обретает новое дыхание, идеально адаптируясь под драматургию циркового номера.
В числе ветеранов оркестра – Олег Гужов. Он работает в Казанском цирке более 20 лет, виртуозно владея духовыми инструментами. Параллельно Олег преподает в детской музыкальной школе № 13, где помогает новым поколениям открывать мир искусства. По словам музыканта, несмотря на перемены в музыкальной индустрии, интерес к классике остается стабильным.
«Огромное спасибо коллегам, которые продолжают преподавать духовую музыку. Несмотря на современные веяния, многие дети осознанно выбирают классическое звучание. Как педагог, я убежден: это база. И в цирке так же важно сохранять живой звук, ведь именно он создает уникальную атмосферу представления», – подчеркивает Олег Гужов.
Анна Садаева
Читайте также
-
09.01.2024, 14:47 -
27.12.2023, 18:58 -
13.10.2022, 14:11 -
13.01.2020, 11:19